Версия для слабовидящих
Обычная версия
БУ СБДЭЗ «БУРЯАДАЙ ГҮРЭНЭЙ Х. НАМСАРАЕВАЙ НЭРЭМЖЭТЭ АКАДЕМИЧЕСКЭ ДРАМЫН ТЕАТР»
Режим работы кассы
с 10:00 до 18:30,
перерыв с 14:30 до 15:00,
без выходных
8 (3012) 222-537
Республика Бурятия
г.Улан-Удэ, ул.Куйбышева, 38
БЕСПОКОЙНЫЙ ДУХ ИСКАНИЙ
18
октября
БЕСПОКОЙНЫЙ ДУХ ИСКАНИЙ

  К 100-летию Цырена Аюржанаевича Балбарова, организатора театрального дела, заслуженного работника культуры РСФСР, заслуженного деятеля искусств Бурятской АССР посвящается…

Впервые я увидела Цырена Аюржанаевича Балбарова в июле 1965 года, когда окончания Хоринской средней школы решила поступить в Ленинградский государственный институт театра, музыки и кино. До начала конкурса нас прослушивал директор бурятского театра драмы. Я стою в кабинете старого уютного театра, что по улице Ленина, и читаю наизусть «Чуден Днепр при тихой погоде…», бурятское стихотворение Дондока Улзытуева и пою песню «Ой дивчина, шумит гай…». При первой встрече Цырен Аюржанаевич оставил впечатление человека энергичного, веселого и жизнерадостного. Он торопился жить, щедро тратя свои способности организатора театрального дела.

         Невозможно в одной статье вместить целую жизнь человека, но всё-таки попытаюсь хоть чуть-чуть приоткрыть суть этого человека, уже при жизни ставшего легендой. О нём с удовольствием артисты рассказывали байки, с любовью и восхищением пересказывали случаи из его многогранной жизни – один интереснее другого, причём всё переходило из уст в уста одного актёрского поколения – другому, более молодому. И во всех этих рассказах главным героем был, конечно же, он – неизменный директор драматического театра Цырен Аюржанаевич Балбаров. В этих рассказах – весёлых, подчас трагикомичных – вырисовывался человек с необыкновенной, яркой судьбой. Да, это был человек-легенда. Вот он находится за кулисами – разговаривает о чём-то с реквизиторами, с костюмерами, интересуется продажей билетов, я часто замечала, как Цырен Аюржанаевич иногда приколачивал торчащий гвоздь, убирал по ходу с пола какие-то бумажки. Погасив кое-где горящие напрасно лампочки, он обычно проходил к вахтёрше тёте Нине или тёте Наташе (смотря кто дежурит), та по обыкновению наливала крепкого чаю, и у них мирно текла беседа. Но за этим мирным чаепитием не скроешь волнения.

         3 ноября 1982 г. новый театр сдан в эксплуатацию. Позади – ходатайства, прошения, заявления и унижения, но это всё позади. Выхоженное, выстраданное детище, и поэтому особенно дорогое. И стоит теперь здание на возвышении и кажется огромным кораблём, плывущим в океане жизни – особенно, зимой, особенно в метель, когда сильные прожектора со всех сторон освещают театр им. Хоца Намсараева.

         После удачной премьеры (о чём я начала рассказ чуть выше) Цырен Аюржанаевич пока артисты разгримировывались, делал замечания, ревниво следя за их творческим ростом.

         В летний период директор театра вместе с режиссурой работал над будущим репертуаром, подолгу беседовал с местными драматургами. Это во многом благодаря личной поддержке Цырена Аюржанаевича бурятское национальное драматическое искусство сегодня имеет интересные имена: Дугар Дылгыров, Бато-Мунко Пурбуев, Баир Эрдынеев, Доржи Эрдынеев, Михаил Батоин.

  Передо мной лежит старая телеграмма: «Алма-Ата. Дзержинского, 51. Балбарову. Срочно сообщите везде вышлем подъемные желательно ускорить выезд. Жамсо Тумунов Намжил Балдано». С той поры, с весны 1952 года, начинается «театральный» период бывшего капитана-артиллериста, фронтовика, сражавшегося на Ленинграском и Волховском фронтах. А затем, уже после войны, «штурмовавшего» книги по искусству и экономике, окончившего Высшие театральные курсы при Ленинградском институте театра, музыки и кино.

  Под руководством Цырена Аюржанаевича в дни II декады бурятского искусства в 1959 году на сцене Московского академического Малого театра Союза ССР Бурятский драматический театр показал москвичам спектакли по произведениям русской классики и советских драматургов, получивших широкое признание театральной общественности столицы и центральной прессы: «Горе от ума» Грибоедова, «Хитрый Будамшуу» Шагжина, «Барометр показывает бурю» Батожабая. В 1969 году успешно прошел творческий отчет театра в Москве на сцене филиала МХАТа им. Горького. Были показаны спектакли: «Король Лир» Шекспира, «Любовь Яровая» Тренева, «Сэрэмпэл» Намсараева, «Песня весны» и «Пылающие джунгли» Шагжина. За творческие успехи приказом Министерства культуры РСФСР от 30 сентября 1969 года № 720 театр был отнесен к первой группе театров страны.

  Этот директор не написал ни одной пьесы, не сочинил мелодии – он выбрал путь организатора театрального дела и сумел в нем быть и расчетливым хозяином, и заботливым наставником, и вдохновенным художником. Единый в трех лицах. А точнее – просто человеком, понимающим, что все в театре взаимосвязано: расчет и риск, план и вдохновение, мечты и реальность. Ничто не оставалось вне поля зрения Цырена Аюржанаевича: приём пьесы национального драматурга, сдача нового спектакля, зрительская конференция по спектаклю, премьера, вводы актеров в готовые спектакли, детские утренники – везде и всюду он неизменный участник, персонально отвечающий за всех и вся. Он был эпицентром всей творческой работы в театре. Его любили и побаивались.

   Каждому члену коллектива находились слова поддержки – артистам или костюмерам, столярам или художникам, билетерам или уборщицам. И когда вдруг появлялся на доске приказ «Убываю в Москву…», высокий ритм жизни становился чуть спокойнее, обыкновенный день становился скучноватым и пустым – не хватало всевидящего ока.

   Зато с каким нетерпением и предвкушением чего-то необычного спешили все работники театра на «летучку», когда приезжал наш директор из очередной командировки! Даже звонок звенел иначе, он звенел призывно и радостно. Вспоминаю и такой эпизод. В театре торжественная тишина, вечером – премьера, директор даже не уходил домой, хотя жил рядышком. Он по-хозяйски еще раз взвешивает «будут ли ходить зрители?» Мнение зрителя для Балбарова  дороже и московского критика. Цырен Аюржанаевич на премьеру обязательно приглашал руководителей города и республики, порою надоедал им накануне премьеры. Некоторые приходили, другим не было никакого дела, третьи вежливо отказывались, ссылаясь на неотложные дела… Зато как сияли его глаза, когда вдруг приходили руководители высшего ранга! Ведь он прекрасно знал, что если ми понравится игра талантливых актеров, от они обязательно помогут в решении многих насущных проблем театра.

  Вот передо мной старый документ о подготовительной проектно-сметной документации на строительство здания Бурятского драматического театра от 5 июля 1965 г. за подписью заместителя председателя Совмина БурАССР В. Черныша. Вопрос о затянувшемся строительстве здания у Ц.А. Балбарова «сидит в печенках». Какие только пороги не обивал директор?! И в ту пору ходили анекдоты о том, как Цырен Аюржанаевич ходил из кабинета в кабинет в московских длинных коридорах власти. И пока строился этот театр, пока поднимался он в центре города, отделанный камнем, настенной живописью, украшенный витражами – беспокойный Балбаров рядом со строителями. Его имени нет среди авторов проекта, но он – директор театра и пока не открылись его двери, для зрителей, не поднялся занавес из конского волоса, будет директор тревожиться, чувствуя свою личную ответственность за всё, что делается на строительстве. И, наконец, долгожданный день, длиною в 20 лет, настал.

  К молодым артистам он относился особенно, старался лишний раз похвалить за сыгранную роль, отметить как-то. Мы получали тогда по 75-80 рублей в месяц, но если получалась роль удачной, на следующий же день висел приказ о премировании такого-то артиста за такую-то роль в сумме 15 рублей. Тогда это была поддержка не столько материальная, сколько моральная. Мы, молодые артисты, чувствовали заботу и внимание, а это никакими деньгами не купишь.

Директор, будучи председателем художественного совета театра, постоянно ходатайствовал о повышении категории того или иного артиста, подбадривал. Похлопав по плечу, говорил неизменно: «Молодец!» Но это было крайне редко, надо было действительно потрудиться, чтобы получить такую оценку. И так проходили дни, заполненные репетициями. Наступала весна… Весь состав труппы выезжал на гастроли (это в последнее, уже после него, время стало нормой отлынивание от летних гастролей некоторых артистов). Во время гастролей объезжал все бригады, чтобы посмотреть, как устроен быт артистов, он бесконечно жалел нас, когда видел убогое убранство сельских гостиниц и холод клубов… Как обычно, приехав на старенькой «Волге» в село, поговорив с артистами о новостях столицы, по обыкновению вечером, перед спектаклем, выходил на сцену, сам объявлял спектакль, исполнителей, вызывая в зале оживленную реакцию, затем проходил в зал, садился и в течение всего спектакля внимательно следил за игрой.

  А как он относился к прокату спектаклей – не дай бог заболеть, или другое «событие», которое частенько преследует провинциального артиста! Отмена спектакля для него ЧП! Он предпринимал все меры, чтобы спектакль состоялся.

  Цырен Аюржанаевич входил в десятку лучших директоров Советского Союза. Одной важной  чертой характера руководителя театра, мыслящего о перспективе национального искусства, была забота о кадрах. Он был инициатором организации национальных актерских студий в Ленинградском институте театра, музыки и кино, выпуск которых состоялся в 1958 и 1969 годах. Третья труппа актеров закончила в 1975 году Дальневосточный институт искусств, затем там же закончили учебу еще пятнадцать юношей и девушек уже четвертой национальной студии. Таким образом, Балбаров старался сохранить вечную молодость театра, поддержать в нем беспокойный дух исканий.

  Помню его ходатайства по поводу освобождения четырех студентов от воинской службы в армии, как лично Цырен Аюржанаевич ездил в Москву, добился приема у министра обороны СССР Соколова и тем самым дал возможность закончить учебу будущим артистам национального театра.

  В марте 1977 года театру присвоено почетное звание «Академический», а в июле 1982 года он награжден Указом Президиума Верховного Совета СССР орденом Трудового Красного Знамени. В 1983 году были проведены последние гастроли в Калмыкию и Ленинград под руководством незабвенного Цырена Аюржанаевича.

    С успехом были представлены на суд калмыцкой и ленинградской публики «Наедине со всеми» Гельмана, «Материнское поле» Айтматова, «Старший сын» Вампилова, «Беседы при ясной луне» Шукшина, «Черная борода» Эрдынеева, «Кнут тайши» Хоца Намсараева, «На всякого мудреца довольно простоты» Островского, «Буурал аба» Чимида. Как сейчас, помню его, стоявшего среди моряков Кронштадта после очередного выступления нашего коллектива, сияющего, отвечающего на вопросы моряков, узнавших откуда-то, что Цырен Аюржанаевич был защитником города на Неве. Он рассказывал про ночи и дни, прошедшие под артобстрелом на Синявинских болотах, и пел с ними свою любимую песню «Расцветали яблони и груши» …  

Автор статьи: Дарима Сангажапова, заслуженная артистка Российской Федерации.  

comments powered by HyperComments