Версия для слабовидящих
Обычная версия
БУ СБДЭЗ «БУРЯАДАЙ ГҮРЭНЭЙ Х. НАМСАРАЕВАЙ НЭРЭМЖЭТЭ АКАДЕМИЧЕСКЭ ДРАМЫН ТЕАТР»
Режим работы кассы
с 10:00 до 18:30,
перерыв с 14:30 до 15:00,
без выходных
8 (3012) 222-537
Республика Бурятия
г.Улан-Удэ, ул.Куйбышева, 38
15
августа
15 июня исполняется 100 лет со дня рождения легендарной актрисы, одной из основательниц бурятского национального театра Софье Халтагаровой.
Одна из представителей старшего поколения артистов – основателей бурятского профессионального театра, родилась в с. Заглик Боханского района. По окончании школы в 1929 году поступила в техникум искусств г. Улан-Удэ. Педагоги техникума режиссеры М.Б.Шамбуева, А.Миронский, М.Хаптагаев, Г.Цыдынжапов обнаружили в ней дарование исполнительницы характерных ролей. Как старательную, талантливую студентку ее вместе с однокурсниками В.Халматовым, Ю.Шангиной и др. перевели со второго курса на третий, чтобы в последующем они вошли в труппу профессионального театра.

В первом спектакле «Прорыв», поставленного по пьесе Н.Балдано. которым открылся национальный театр в 1932 году, Софья Халтагарова сыграла мужскую роль секретаря правления колхоза Худаана. Уже первой своей ролью актриса сумела заявить о себе как о способной самобытной исполнительнице. В первые годы работы молодая актриса принимала участие почти во всех спектаклях, где были народные сцены. Она всегда выделялась среди всех своей особой выразительностью и чуткостью к происходящим событиям. Много играла эпизодических ролей. Незаменимой школой сценического мастерства для нее явилась работа над образами русской и зарубежной классической драматургии. Играла С.Халтагарова в гольдониевских и шекспировских спектаклях, в пьесах А.Арбузова, В.Розова. Критика отмечала в ее игре искренность, обаяние и щедрость красок, способность создавать неповторимые по колоритности характеры.

В 1937 году в комедии «Мэргэн» А.Шадаева сыграла большую роль Сэсэг – жены председателя колхоза Болода. Она, любящая жена, доверчивая, честная. Враг Мулон плетет вокруг нее и Болода интриги, Сэсэг очень страдает от этого. Софья Матвеевна была участницей первой декады литературы и искусства в Москве в 1940 году. Во время Великой Отечественной войны наравне со своими коллегами пережила все тяготы напряженного времени, ездила с труппой театра по районам, по военным госпиталям города и республики, где играла в отрывках, сценах из спектаклей. В 1946 году актриса была награждена медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне» и грамотой Президиума Верховного Совета Бурятской АССР. В 1958 году сыграла одну из своих лучших ролей – роль Лу Шипин в спектакле «Тайфун» Цао Юя. Актриса исполнила остро драматическую роль матери, трагически теряющей своих детей. А. Б. Соктоев так писал о ее исполнении: «Отсутствие внешних эффектов, ложных театральных поз и жестов, сосредоточенность, направленная на проявление лишь внутренних переживаний героини, - такова исполнительская манера артистки. Ничего лишнего во внешнем облике – кажется, что сама нужда олицетворяется в ее страдальческом лице». Отсутствие внешних эффектов, ложных театральных поз и жестов, сосредоточенность, направленная лишь внутренних переживаний героини – такова была исполнительская манера артистки.

Весной 1967 года в бурятском театре режиссером Н. Логачевым была осуществлена постановка спектакля «Дом Бернарды Альбы» по последней пьесе великого испанского поэта Федерико Гарсиа Лорки. После ее завершения поэт был убит испанскими фашистами. Софья Матвеевна исполнила роль престарелой сумасшедшей Марии Хосефы - матери Бернарды Альбы. Дочь Марии Бернарда Альба - блюстительница ханжеской морали. Она правит в своем доме, требуя от своих дочерей беспрекословного подчинения. Ее дом – тюрьма, в которую дочери заточены с их надеждами, жаждой любви, человеческого тепла и солнечного света. В рецензии на спектакль газета «Правда Бурятии» отметила, что игра одной из старейших актрис в высшей мере привлекательна, что эта игра равнозначна спектаклю в спектакле. И это было правдой. «Эпизодична роль Марии Хосефы, матери Бернарды, - писала «Правда Бурятии». Но С. Халтагаровой удалось создать глубокий, способствующий раскрытию замысла автора образ. Игра С.Халтагаровой дает возможность до конца понять весь трагизм дочерей Бернарды Альбы, осязаемо ощутить гнет, тяжесть стропил дома-крепости» (ПБ, 1967, 21 марта). «Сумасшедствие» старухи Марии у драматурга оправдано. Лорка создал нарочито обобщенный, символический образ. Изборожденное глубокими и прямыми морщинами бледное лицо обрамлено седыми волосами. Они производят впечатление слежавшихся и перепутанных, это прическа диковинной скульптуры, языческого идола, прическа ведьмы или шаманки. Голос старухи высокий и надтреснутый, смысл ее речей никем не постигается. Исстрадавшейся душе Марии нет утешения, нет покоя, нет выхода к горю. Она живет в своем, придуманном ею мире, и он, этот мир, ей ценнее, чем реальность, творимая Бернардой. Ее восклицания, как заклинания. И Бернарде, и ее дочерям, стоящим вокруг в каком-то оцепенении, старуха напоминает злую пророчицу. Мария – пророчица, Мария – сумашедшая, которой легко и радостно, потому что ее удел и право – фантастический мир.

В одной из постановках театра по пьесе А.Бальбурова в «Сквозь пламя революции» («Хубисхалай дулэн соогуур»), актриса в образе Даруни вновь продемонстрировала свое незаурядное мастерство. Безграмотной, далекой от общественных интересов, Даруне главным в жизни представляется семейный покой. Она – любящая мать. В небольших сценах и эпизодах С.Халтагаровой удается точно и метко обрисовать характер своей героини. В достоверности внешних и внутренних, психологических красок, найденных актрисой, нельзя было сомневаться. В спектакле «Соелма, Баташулуун» Ч.Генинова. (1965) в остро эксцентрической манере сыграла роль шаманки. В одной из сцен заклинания произносились с поистине языческой страстностью и одержимостью. Глаза загорались хищным, змеиным блеском, хрипя и придыхая, шаманка издавала странные, дикие звуки. Она стремительно носилась по сцене, кружась и подпрыгивая в каком-то бесовском танце, в бешеном ритме, совершая целый каскад загадочных движений и манипуляций. На всем обряде, совершаемом исполнительницей, лежал покров какой-то необъяснимой загадочности, таинственности. Критика отмечала, что своей игрой актриса уверенно, своеобразно и запоминающе поддерживала разговор об истинной ценности человеческих чувств, любви и дружбе, активной общественной роли женщины – разговор, который вел со зрителем ее театр.

Автор: Валентина Бабуева
Заведующий музеем ГБАТД им. Х. Намсараева 
Заслуженный работник культуры Бурятии и России, кандидат культурологии
comments powered by HyperComments